Запад навязывает России свои семейные «ценности»

Запад предпринимает попытки навязать России законодательство, которое способно изменить культурный код нашего общества и таким образом его ослабить, считает эксперт РИСИ Сергей Галиев. Он отметил, что с этой целью на Западе разрабатывают многоплановые шаги, которые в конечном счете должны привести к изменению российского законодательства, а также к формированию соответствующих социальных настроений, которые будут способствовать разрушению традиционных культурных и духовных основ России.

В этой связи Сергей Галиев напомнил, что в июле нынешнего года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) обвинил Россию в отсутствии законов, которые защищали бы женщин от домашнего насилия. Такие обвинения содержатся в вердикте ЕСПЧ по делу «Володина против России». «В России есть соответствующее законодательство. И вопрос – к правоохранительным органам, которые, вероятно, не были эффективны в данном конкретном случае. Между тем, в России уже есть около полусотни статей законов, защищающих от любых форм насилия», – отметил он. Суть дела Володиной в том, что женщина страдала от преследований бывшего сожителя, но ее попытки искать защиты в правоохранительной системе оказались безуспешными. Дело закончилось тем, что Володина обратилась с жалобой в ЕСПЧ.

Аналитик РИСИ отмечает, что на основании лишь одного частного дела в ЕСПЧ делают вывод, что «долгие годы, допуская в обществе ситуацию, способствующую семейному насилию, российские власти не могли создать условия для обеспечения реального гендерного равенства, которое позволило бы женщинам жить без страха жестокого обращения или посягательств на их физическую неприкосновенность и пользоваться равными правами на доступ к правосудию». Это попросту не соответствует действительности, подчеркнул эксперт.

На самом деле для ЕСПЧ не интересно совершенствование правоприменительной практики в России. ЕСПЧ преследует совсем другие цели — внедрить в наше правовое поле такие законодательные нормы, которые приведут к формированию в стране системы контроля над семьей. Причем не в интересах самой семьи, а в интересах утверждения в России неолиберальной доктрины о «гендерном равенстве», которая под «гендером» понимает не два природные пола человека — мужской и женский, – а многочисленные половые самоопределения представителей сексуальных меньшинств, ставя мужской и женский пол в один ряд с другими «гендерами».

Эта доктрина не имеет ничего общего с целями укрепления традиционной семьи, а наоборот способствует ее разрушению и переформатированию природного кода человека. Именно это мы наблюдаем сегодня во многих странах Европы, в США и Канаде, где родители не имеют достаточных прав на своих собственных детей, а мать и отца уже называют, соответственно, «родитель-1» и «родитель-2». Сергей Галиев обратил внимание, что, судя по опыту западных стран, принятие таких законов имеет разрушительные последствия для общества.

В 1999 году пакет таких законов был принят в США, а затем – в ЕС. Первая важная проблема, которую они породили, правовая. Ведь были созданы структуры с невероятно широкими полномочиями. Эксперт РИСИ сравнил масштаб этих полномочий с возможностями спецслужб в тоталитарных системах. Дело в том, что эти ведомства сочетают в себе функции следствия, прокуратуры и суда. Они могут, например, выселить человека из дома или отобрать у него ребенка, запретить видеться с супругом. При этом над столь могущественными организациями нет никакого общественного контроля, указал эксперт.

Такая ситуация в странах Запада привела к чудовищным злоупотреблениям, которые спровоцировали нарастание серьёзного конфликта внутри общества. Социальные службы нарушали принцип презумпции невиновности: принимали решения, не рассматривая никаких реальных доказательств. Более того, нарушали право на невмешательство в личную жизнь и право на свободу и тайну переписки. Эксперт отметил, что социальные службы на Западе даже просматривают письма, которые пишут отнятые у родителей дети, и могут препятствовать доставке подобных сообщений адресатам. Наконец, большой угрозой правовому государству является принуждение людей к доносительству. При этом в нормальном правовом государстве человек не только имеет право отказаться от доноса, но, даже если он уже стал участником судебного процесса, не давать свидетельских показаний.

Деятельность социальных госслужб привела к большому недовольству на Западе и формированию сообществ, которые борются с подобным произволом, рассказал аналитик. Более того, так как логика деятельности этих служб противоречит базовым принципам правового государства, она оказалась антиконституционной во всех странах. Это уже привело к росту сепаратистских настроений. Так, в Техасе (США) такие инициативы подкармливают местных сепаратистов. В ЕС примечателен опыт Венгрии, где местное правительство противится и противодействует общеевропейскому законодательству. Фактически наблюдается ситуация, когда в Евросоюзе появляются целые территории, где общие правовые нормы перестают работать. Это – предпосылки для постепенной сепарации таких территорий.