Ложь руководства Польши разоблачает сама история

Польские политики окончательно заврались, считает эксперт РИСИ Олег Неменский. «Выступления с обвинениями в адрес России в современной Польше стали тождественными патриотической позиции. Многие силятся показаться патриотами, потому поляки стали упражняться в возведении напраслины на Москву», – заметил он.

Характерным примером подобной лжи, по словам историка, являются недавние статьи польских политических деятелей. Они написаны в ответ на лекцию президента России В.Путина. Это выступление, в котором лидер нашей страны напомнил об истории начала Второй мировой войны, было примечательно использованием большого количества документальных исторических источников, их цитированием. Главными слушателями выступили некоторые лидеры государств постсоветского пространства.

Основной ответ Варшавы сформулировал премьер-министр, М.Моравецкий, также пытались выступать на эту тему президент Республики А.Дуда, некоторые министры (например, министр культуры П.Глинский). Однако их «ответы» объединяет голословность (в отличие от лекции В.Путина в них нет ни цитат, ни даже ссылок на первоисточники) и хамский стиль. По мнению аналитика, их формулировки демонстрируют низкий уровень политической культуры поляков.

Главный тезисом польских трактовок стало то, что якобы «война была начата совместно Третьим Рейхом и Советским Союзом, которые заключили друг с другом союз». Это ложь: ни одно положение в договоре, который называют «пактом Молотова-Риббентропа», нельзя трактовать как заключение союза. Никакой союз не декларировался и не был возможен, так как СССР и Третий Рейх придерживались абсолютно враждебных друг другу идеологий. При договоре о новой границе была принята формулировка «о дружбе между народами». Имелись в виду именно народы, а не руководство стран или, тем более, союз государств.

Что касается «доказательства» этой «дружбы», в качестве которого приводится «совместный парад» двух армий в Бресте 22 сентября 1939 года, то это был и вовсе не парад, а торжественная передача ключа от города от одной армии к другой. Это традиционное, хорошо разработанное военное право, пояснил эксперт. Если город оставляют не в связи с поражением, а по договорённости, то нужно соблюсти определённую церемонию, призванную не унизить честь армии, которая выходит из города.

Польский премьер также утверждал, будто Сталин и Гитлер были друзьями. Но эти два человека вообще никогда не встречались, более того, они были идеологическими противниками.

И все эти факты позволили М.Моравецкому заявить, что СССР якобы был не освободителем Польши, а пособником Германии. В таком случае совершенно непонятно, почему этот «пособник» с ней воевал. Моравецкий ссылается на состоявшийся в сентябре 1939 года раздел Польши. Он, видимо, «забыл», что СССР ввёл свои войска на территории, до того находившиеся под польской оккупацией. Исторически это были не польские земли. Более того, их присоединение было признано всей Европой, в том числе западными союзниками Польши. Против Германии в связи с её вторжением в Польшу была объявлена война Францией и Великобританией.

Моравецкий также утверждает, что в 1945 году «был конец одной трагедии и начало другой». Непонятно, на чём основано это утверждение, недоумевает аналитик. Попытка поставить на одну доску присутствие Германии и немецких войск на территории Польши и форму зависимости Польской Народной Республики от СССР – это даже не преувеличение, это абсолютная ложь.

Эксперт РИСИ поражен наглости заявлений Моравецкого, что Красная Армия задержалась с освобождением Варшавы и что Освенцим она могла освободить на полгода раньше. При этом историк заметил, что польская сторона не смогла продержаться против Вермахта и полумесяца.

«До последнего времени польские деятели делали все свои «патриотические» заявления в условиях полного отсутствия противодействия со стороны Москвы. В Кремле придерживались позиции «оставить историю историкам», а также со снисхождением относились к «болезни роста» Польши и стран Прибалтики. Видимо, была надежда, что в этих странах всё же однажды вернутся к достоверным документальным историческим трактовкам. Однако видим, что этого не произошло. Напротив, наблюдается обратный процесс», – резюмировал аналитик.